ВЕТЧИННИКОВА Лидия Васильевна – главный научный сотрудник лаборатории лесных биотехнологий Института леса, доктор биологических наук, доцент (РАН)
185910, ул. Пушкинская, д. 11, г. Петрозаводск, Россия
ResearcherID: J-5665-2018
VETCHINNIKOVA Lidiia V. – DSc (Biology), Assistant Professor (RAS), Chief Researcher in the Laboratory for Forest Biotechnology
185910. Pushkinskaya str. 11. Petrozavodsk. Karelia. Russia
ResearcherID: J-5665-2018
ТИТОВ Александр Федорович – член-корреспондент РАН, главный научный сотрудник лаборатории экологической физиологии растений, доктор биологических наук, профессор
185910, ул. Пушкинская, д. 11, г. Петрозаводск, Россия
ResearcherID: A-6705-2014
TITOV Alexander F. – DSc (Biology), RAS Corr. Fellow, Professor, Chief Researcher in the Laboratory of Plant Ecophysiology
ResearcherID: A-6705-2014
185910. Pushkinskaya str. 11. Petrozavodsk. Karelia. Russia
ЖИГУНОВ Анатолий Васильевич – доктор сельскохозяйственных наук, профессор кафедры лесных культур
194024, Институтский пер., д. 5, Санкт-Петербург, Россия
ResearcherID: AAK-8124-2020. Scopus AuthorID: 57191583846
ZHIGUNOV Anatolii V. – DSc (Agriculture), Professor
194021. Institutsky per. 5. St. Petersburg. Russia
ResearcherID: AAK-8124-2020. Scopus AuthorID: 57191583846
В статье кратко изложена история ботанического заказника карельской березы Betula pendula Roth var. carelica (Mercklin) Hämet-Ahti «Спасогубский», который является одним из старейших и наиболее крупных не только на территории Республики Карелия, но и в России. Его история охватывает почти 100 лет, в рамках которых авторами условно выделены четыре временных периода. При этом учитывали не только длительность существования популяций, но и происхождение составляющих их деревьев, поскольку первоначально заказник был представлен естественными насаждениями, а затем – искусственно созданным in situ. Приводятся таксационное описание исходного древостоя, получившего официальный статус заказника, а также характеристики плюсовых деревьев карельской березы, выявленных в его границах. Показано, что к началу 21-го века в результате незаконных рубок и естественных потерь природная популяция на территории данного заказника была практически полностью уничтожена: из 262 деревьев карельской березы осталось всего 4. Анализируются результаты восстановления заказника с использованием семенного потомства, полученного от контролируемого опыления деревьев местного происхождения, которые также оказались намного хуже ожидаемых: из 1600 растений спустя 16 лет сохранилось не более 200, большинство из которых находятся в угнетенном состоянии. Как установлено, к этому прежде всего привело отсутствие лесоводственных уходов, из-за чего карельская береза здесь активно вытесняется другими породами и прежде всего осиной. На основании проведенных исследований и совокупности имеющихся данных сделан вывод, что к началу 21-го века карельская береза в данном заказнике, как и в целом в Карелии, оказалась под угрозой реального исчезновения, а проблема сохранения и восстановления ее генофонда приобрела особую остроту. Поэтому сохранение генетических ресурсов этой уникальной лесной породы является важной государственной задачей, решение которой требует разработки и принятия долговременных программ и значительных финансовых ресурсов, которые легче изыскать в результате объединения средств из регионального и федерального бюджетов. Помимо выделения значительных финансовых средств, необходимы целевая подготовка квалифицированных кадров, разработка и принятие ряда нормативно-правовых актов, а также информационная поддержка со стороны средств массовой информации.
The article gives an overview of the history of the Spasogubsky Botanical Reserve (BR, Zakaznik) established to conserve curly (or Karelian) birch, Betula pendula Roth var. carelica (Mercklin) Hämet-Ahti. The reserve is one of the oldest and largest of the kind not just in the Republic of Karelia but also in the whole of Russia. Its almost 100-year-long history is conventionally broken down into four time periods based both on the life span of populations as well as on the provenance of the constituent trees, considering that the original natural stands of the reserve were later replaced by those planted in situ. The valuation parameters of the original stand at the time of official designation as a nature reserve and the characteristics of the curly birch plus trees identified within it are provided. We demonstrate that by the beginning of the 21st century, illegal logging and natural losses have almost totally ruined the natural population within this reserve: only 4 of the original 262 curly birch trees have survived. Analysis is given also for the outcome of restoring the reserve using the seed progeny produced through controlled pollination of trees of local provenance, which proved to be far worse than expected: of the 1600 plants, not more than 200 have survived 16 years after planting, and even these are mostly in a suppressed condition. This was arguably primarily a consequence of the absence of silvicultural tending, which results in an active displacement of curly birch by other species and above all aspen. The conclusion from our studies and other available data is that by the beginning of the 21st century curly birch in this nature reserve, as well as in Karelia at large, found itself on the verge of extinction, and the problem of preserving it and restoring its gene pool has become particularly acute. Thus, preserving the genetic resources of this unique forest tree is an important task for the state, which requires thorough elaboration and adoption of long-term programs and substantial financial resources, which would be easier to find by combining regional and federal funding. In addition to substantial financial allocations, it is also necessary to train qualified personnel, to work out and adopt certain statutory regulations, and to raise awareness using mass media.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.